Не зря Когогин ездил к Путину? КАМАЗу бросают спасательный круг
Пока акции КАМАЗа обвалились до 6-летнего минимума, а чистый убыток за I квартал 2026 года достиг 9,2 млрд рублей, менеджмент завода готовит акционерам «сюрприз». Предприятие, балансирующее на грани дефолта с долгами под 263 млрд рублей и рухнувшей за год на 40% капитализацией, выносит на совет акционеров беспрецедентное решение — допэмиссию по закрытой подписке. Допэмиссия на 11,7 млрд рублей, которая размоет доли миноритариев почти на 25%, выглядит не как поиск инвестиций в развитие, а скорее как принудительная санация через государство. «БИЗНЕС Online» разбирался, почему рекордная эмиссия не решит проблему долгов в 262 млрд рублей, а лишь законсервирует убыточную модель.
Еще 26 мая, в день первого упоминания о планах, акции КАМАЗа рухнули на 6,3%. Однако это было лишь началом Фото: «БИЗНЕС Online»
26 июня 2026-го станет в некотором смысле знаковой датой для ПАО «КАМАЗ». На годовом собрании акционеров (ГОСА) в Набережных Челнах будет решаться судьба предприятия, которое последние годы жило с неизменной структурой уставного капитала. Согласно материалам к предстоящему собранию, менеджмент предлагает провести дополнительную эмиссию по закрытой подписке на сумму в 11,7 млрд рублей.
Это означает выпуск 234,5 млн новых акций, что размоет долю существующих акционеров почти на четверть (24,9% от увеличенного капитала). Покупателями выступят не абстрактные инвесторы, а конкретные структуры — Росимущество и ФГУП «НАМИ» (подведомственное минпромторгу России). Оплата сделки пройдет «живыми деньгами». По сути, речь идет о том, что спасательный круг бросает государство в лице своих институтов.
Рынок на финансовые показатели и такого рода сообщения КАМАЗа реагирует незамедлительно и крайне негативно. Еще 26 мая, в день первого упоминания о планах, акции КАМАЗа рухнули на 6,3%. Однако это было лишь началом. Позже бумаги обновили минимум почти за 6 лет, пробив дно в 59,7 рубля за акцию (падение более чем на 7,8% за день). За месяц потери капитализации составили около 18%. За год стоимость акции обвалилась на 40% с 100 рублей до 61 рубля. Инвесторы бегут, фиксируя убытки, пока компания готовится печатать новые бумаги. Общая капитализация автогиганта составляет сейчас скромные 42,4 млрд рублей.
Решение о дополнительном вливании в КАМАЗ появилось спустя месяц после того, как гендиректор завода Сергей Когогин съездил на прием в Кремль. Президент России Владимир Путин на той встрече признал «непростые времена» для российского автопрома, но отдал должное челнинскому заводу, который достойно пережил «развод» с западными партнерами и даже, как заверил Когогин, улучшил характеристики автомобилей, а еще «почти целиком» сохранил персонал. В открытой части встречи говорили прежде всего об успехах предприятия, а что было в закрытой, неясно, но однозначно она была. Не исключено, что там и обсуждался «план спасения». Непростую ситуацию с капиталом у КАМАЗа описывает признание Когогина на нынешнем ПМЭФ. Сергей Анатольевич заявил, что инвестиции пришлось урезать практически втрое.
Главный палач КАМАЗа — долговая нагрузка. Общий долг (кредиты и займы) достиг 262,4 млрд рублей Фото: «БИЗНЕС Online»
Ранее «БИЗНЕС Online» изучал отчетность автогиганта за I квартал 2026 года, где уже наблюдалась картина системного кризиса. На первый взгляд, КАМАЗ выглядит борцом: на фоне общего падения рынка грузовиков на 29% компания не только сохранила 1-е место по продажам тяжелой техники в РФ, но и нарастила долю до 32,9%, выдавив китайских конкурентов в том числе и благодаря административным барьерам (отзыв сертификатов, рост утильсбора и планы ввести полный НДС на импорт с 2027 года).
Однако победа в маркетинговой войне не спасает от бед в финансах. Продажи упали на 14% (до 3,9 тыс. машин), а производство рухнуло на треть за квартал. Чистый убыток за I квартал 2026 года составил 9,2 млрд рублей. Нераспределенная прибыль, которая еще в конце 2024-го была положительной (22 млрд рублей), превратилась в отрицательную (минус 24,3 млрд рублей). За 15 месяцев компания «съела» более 46 млрд рублей ранее накопленных резервов.
Главный бич КАМАЗа — долговая нагрузка. Общий долг (кредиты и займы) достиг 262,4 млрд рублей. Только за I квартал компания выплатила проценты на сумму почти 10 млрд рублей — это пятая часть всей квартальной выручки. При этом ситуация усугубляется структурой долга: краткосрочные заемные средства (которые нужно отдавать быстро) выросли за три месяца на 14%, достигнув 133 миллиардов.
Коэффициент текущей ликвидности (отношение активов к краткосрочным долгам) находится на критической отметке 1 к 1. Для промышленного гиганта это означает балансирование на грани технического дефолта: любое сжатие ликвидности может обрушить платежеспособность.
Объем денежных средств на счетах составляет 52,6 млрд рублей. Этой суммы хватит только на внесение процентных платежей в течение одного-двух кварталов, но не на погашение основного тела долга. Активное привлечение кредитов и размещение облигаций (на 31 марта в обращении находились облигации на 93,25 млрд рублей) носит характер рефинансирования старых долгов, а не финансирования развития.
Ситуация вокруг КАМАЗа выглядит сюрреалистично, если посмотреть на взаимодействие с бюджетом. Автогигант, тонущий в убытках, является крупным плательщиком утилизационного сбора (в 2025 году — 56,4 млрд рублей). При этом объем прямой господдержки в 2025-м составил 73,1 млрд рублей, из которых 66,7 млрд — прямая компенсация затрат.
Таким образом, бюджет не только возвращает предприятию почти все уплаченные сборы, но и доплачивает сверху. Эта субсидия, по сути, скрывает реальную себестоимость продукции, которая в рыночных условиях была бы нерентабельна.
Но самый разрушительный процесс — драматическое сокращение собственного капитала. За 15 месяцев (с 31 декабря 2024 года по 31 марта 2026-го) капитал компании уменьшился почти вдвое: с 100 млрд до 53,8 млрд рублей.
Допэмиссия КАМАЗа — это не способ привлечь «умные деньги» под новые проекты. Это принудительная санация через государство Фото: «БИЗНЕС Online»
Очевидно, «КАМАЗ» находится в зоне острой финансовой нестабильности. Операционный убыток, сокращение капитала вдвое, критическая долговая нагрузка с коэффициентом ликвидности около единицы, гигантские процентные платежи и высокий риск нарушения кредитных ковенантов — все это признаки крупных структурных проблем.
Ранее мы отмечали, что для выхода из кризиса компании потребуется реструктуризация долга с пролонгацией и понижением процентной ставки, а также срочная капитализация со стороны акционеров (дополнительные взносы в имущество).
Планируемая срочная капитализация — один из путей выживания КАМАЗа. Предлагаемая допэмиссия на 11,7 млрд рублей — это попытка заткнуть дыру в собственном капитале. Однако хватит ли этого? Годовой чистый убыток автогиганта составляет 37 млрд, а квартальный — около 10 миллиардов. Полученных от государства 11,7 млрд рублей хватит максимум на покрытие убытков за один квартал.
Александр Виноградов — ведущий экономист автономной некоммерческой организации «Научно-исследовательский центр Олега Григорьева „Неокономика“»:
— Логика та же, что и при любой эмиссии акций: хотят привлечь еще денег. Привлечь их в данном случае не с рынка, а от лиц, с которыми договорились заранее, чтобы они таким образом вошли в капитал КАМАЗа на определенных условиях. Но общий смысл именно в этом: чтобы еще немного добыть себе капитала. Зачем они это делают? Видимо, считают, что это необходимо, что, в общем-то, логично, учитывая текущее состояние КАМАЗа с точки зрения продаж грузовиков и рынка сбыта в целом. Мягко говоря, нынче не очень. Несмотря на все лоббистские усилия запретить кого-то из китайцев, например тех же Shacman и прочих, потребители, в частности логисты, предпочитают технику, которая лучше подходит под их нужды. И это далеко не всегда «КАМАЗ».
А так договорились — Росимущество и НАМИ — в надежде поддержать отечественное автомобилестроение, которое сможет когда-нибудь выдать что-нибудь чудесное.
Я бы сказал, что допэмиссия используется нечасто, потому что это в любом случае увеличение количества акций. Соответственно, и снижение их цены. Те, кто уже вложился в КАМАЗ, очевидно, это не очень одобрят. Целей, которые они преследуют, они добьются. Поскольку это закрытая подписка, это означает, что уже договорились, и эти инвесторы деньги им выдадут. Другой вопрос, поможет ли это состоянию завода. Но это уже не от эмиссии как таковой зависит, а от менеджмента и прочих факторов. То есть негативный фактор для остальных акционеров, естественно, есть: их доли размываются, как минимум на те же 24 процента.
«Если только за май 2025 года бумага сложилась вдвое, то чего акционерам терять?» Фото: magnific.com
Дмитрий Голубовский — эксперт по финансовым рынкам, аналитик компании «Золотой монетный дом»:
— КАМАЗ проводит допэмиссию — значит, компании нужен капитал. Вообще говоря, это нормально для убыточного предприятия. Промышленность вся подыхает при тех финансовых условиях, в которых мы сейчас находимся. Поэтому они собираются брать государственные деньги у Росимущества. А у Росимущества-то они откуда возьмутся? Могут, конечно, продать Новороссийский морской торговый порт или кусок «Транснефти»… Одно продадут, другое купят. «Россети», «РусГидро» постоянно проводят допэмиссии. Это все государственные компании, которые для решения своих вопросов брали деньги так или иначе у государства, а не у рынка.
Кто сейчас купит, например, КАМАЗ? Посмотрите на график акций, это график умирающей компании. У них был очень хороший 2023 год: в пике — 250 рублей за акцию. Видимо, военные заказы. Но с тех пор он грохнулся практически в 5 раз. Сейчас цена акций в 60 рублей — это уровень 2019–2020 годов. И такое впечатление, что он пролетит еще дальше вниз и сложится где-то вдвое, если такими темпами все будет продолжаться.
Компания очень закредитована. Значительная часть долга у нее флотируемая (то есть с плавающей ставкой). Это отражение высоких ставок. Если они держатся дольше ожиданий, там начинаются проблемы. По всей видимости, компании просто нужны деньги для того, чтобы дальше работать. Для держателей долгов КАМАЗа это очень хорошие новости. Потому что чисто теоретически можно было представить риски неисполнения обязательств. Хоть компания фактически государственная, системообразующая, но у нас есть прецедент фактического дефолта государственной компании, даже два. Я напомню: первый прецедент — это «Роснано», скандально известный. Там прошла реструктуризация долгов. А второй, менее известный прецедент, — это «Росгеология». 100-процентная государственная компания, которая дефолтнула. Так что аффилированность с государством не защищает от неисполнения обязательств.
Сам по себе тот факт, что КАМАЗ обратился к этому механизму, говорит о том, что дела у компании плохи, даже при том что она сидит на госзаказе. Военное ведомство не на китайских грузовиках живет. Акционеры, наверное, уже ко всему привычны. Если только за май 2025 года бумага сложилась вдвое, то чего акционерам терять? Я думаю, там акционеров, которые три года назад держали бумагу, уже нет.
Вместе с тем допэмиссия — это не однозначный негатив, дефолт — это гораздо хуже. Деньги вольют в компанию, будет перспектива стабилизации финансового положения, бог с ним, с размытием доли. В будущем просто можно будет рассчитывать на какой-то рост, какие-то дивиденды.
Ясно, что КАМАЗ будет жить как компания, которая имеет системообразующее значение. Но инвесторы с этого ничего не получат. Пока у нас не изменятся финансовые обстоятельства в стране, это будет происходить. А сейчас у нас уже переохлажденная экономика, что бы там ни говорили на Петербургском форуме.
Дмитрий Баранов — ведущий эксперт УК «Финам Менеджмент»:
— Логика решения по выпуску дополнительных акций заключается в том, что компания привлекает собственный капитал вместо заемного, что снижает долговую нагрузку. Также это позволяет компании улучшить финансовую устойчивость, укрепить баланс. Кроме того, это позволит усилить участие государства в капитале компании, поддержать стратегического производителя в условиях кризиса на рынке тяжелых грузовиков. Вырученные от допэмиссии средства также пойдут на развитие производства, в частности на модельный ряд К5.
Допэмиссия по закрытой подписке в пользу Росимущества и НАМИ в первую очередь выбрана потому, что государство гарантированно приобретет акции компании. Нет необходимости в проспекте акций, скорость сделки быстрее. Важно и то, что оплата акций будет произведена деньгами, то есть средства поступят напрямую в уставный капитал компании для работы, а не в виде движимого/недвижимого имущества. Произойдет усиление государственного контроля, Росимущество уже мажоритарный акционер компании, и допэмиссия увеличит его долю в капитале.
Допэмиссия является распространенным инструментом докапитализации госпредприятий в РФ: например, ранее проводились допэмиссии «Почты России», «Росгосстраха». Положительный эффект допэмиссии в том, что меняется показатель отношения уставного капитала к обязательствам, что улучшает баланс. Компания получает собственный капитал вместо заемных средств по высоким ставкам. Также, выкупая допэмиссию, государство поддерживает стратегического производителя, важного для логистики и промышленности РФ.
Вместе с тем в допэмиссии есть и риски, так она не решает фундаментальные проблемы компании, потому что ее проблемы вызваны не только убытком, но и падением рентабельности, ростом затрат. Средства от допэмиссии компенсируют сокращение инвестиционной программы лишь частично, что ограничивает развитие компании. В целом допэмиссия поможет укрепить баланс и снизить долговую нагрузку, но не устранит причины убыточности, это не решение стратегических проблем компании. Для долгосрочного восстановления ей нужны инвестиции в модернизацию, снижение затрат и рост продаж, что требует значительно бо́льших средств.