Владимир Можегов: «Мы надеемся, что Трамп-прагматик победит Трампа – мессианского пророка»
«Если конфликт на Украине завершить не удастся и не получится потушить хотя бы на время Ближний Восток, тогда от этих огней, как от факела, начнут вспыхивать другие страны. Если вспыхнет Турция, то там рядом Азербайджан, а это уже наша непосредственная граница. Тогда война может снова постучаться в наши двери, но уже с другой стороны», — говорит политолог-международник Владимир Можегов. О том, как Дональд Трамп потерял свой плацдарм в Европе, насколько влиятельны в США христианские сионисты, борются ли американцы в Иране с имамом Махди и пророком Исой и сбылись ли конспирологические теории, Можегов рассказал в интервью «БИЗНЕС Online».
Владимир Можегов: «Россию и Европу будут перетирать друг о друга, стачивая технологии и живую силу» Фото предоставлено Владимиром Можеговым
— Владимир Ильич, минувший апрель ознаменовался поражением партии Виктора Орбана на парламентских выборах в Венгрии. Многими это воспринимается как проигрыш трех мировых сил: США, Китая и России. Главным образом — Соединенных Штатов, поскольку и президент Дональд Трамп, и вице-президент Джей Ди Вэнс демонстративно поддерживали Орбана и, выходит, просчитались. В самом скором времени будет избран новый венгерский премьер-министр, которым со всей очевидностью станет Петер Мадьяр, лидер победившей партии «Тиса». А он наверняка откроет все задраенные Орбаном шлюзы по поддержке Украины и введет Венгрию в «дружную семью брюссельской бюрократии». Для России это, похоже, не сулит ничего хорошего. Как вы считаете?
— Опасения, связанные с победой Петера Мадьяра, у многих действительно есть. Да, бюрократия Евросоюза трубит во все фанфары и находится в откровенной эйфории по поводу результатов выборов в Венгрии. Однако я отношусь к этим восторгам несколько скептически. На месте брюссельских чиновников я бы все-таки снизил уровень экстаза. Хотя бы потому, что венгры, разумеется, проголосовали не за прелести евроинтеграции, включая сюда полчища мигрантов, права ЛГБТ* и трансгендеров* и прочие «нетрадиционные ценности». За Мадьяра отдали свои голоса, в сущности, те же люди, которые прежде голосовали за Орбана. Почему они это сделали? Вероятно, потому, что это было протестное голосование, связанное с тем, что Орбан в общем-то действительно засиделся на своем месте, а его партия обросла жиром, превратившись в неповоротливую бюрократическую структуру.
Владимир Ильич Можегов — историк, философ, политолог-международник. Главный объект интересов — философия истории, философия культуры.
Родился в 1968 году в Воркуте. Окончил Санкт-Петербургский государственный институт кино и телевидения, аспирантуру Института философии РАН. В разное время был сотрудником журнала «Континент» (главный редактор — Игорь Виноградов), обозрения «Радонеж», «Русской народной линии».
Эксперт «Изборского клуба», колумнист газеты «Взгляд», постоянный автор газеты «Завтра». Автор книг «Мировая гражданская война» и «Возвращение империи. Пути русской идеи в зеркале истории», многих коллективных изданий «Изборского клуба».
Кроме того, надо учитывать, что в Венгрии многие голосовали на местах, где при этом были использованы всевозможные предвыборные технологии, в которых Брюссель и глобалисты знают толк. В частности, против Орбана голосовали цыгане, которых политтехнологам удалось накануне максимально мобилизовать (а цыганская диаспора, как говорят, составляет от 7 до 9 процентов венгерского населения).
Что до личности самого Петера Мадьяра, то он пока что темная лошадка, по поводу которой никто толком не знает, чего от него следует ожидать. Одно можно сказать более-менее точно. Совсем не похоже, что он, придя к власти, тут же откроет двери для общеевропейских миграционных потоков, прав сексуальных меньшинств* и прочего. В плане венгерской внутренней общественной структуры, скорее всего, ничего серьезно не изменится. Не исключено, что она станет более либеральной, хотя сам Мадьяр, конечно же, никакой не либерал.
Если же рассматривать события в Венгрии в более широком стратегическом плане, то, безусловно, это очень серьезное поражение всей консервативной Европы. Трамп и движение MAGA рассчитывали на Венгрию как на своего рода европейский трамплин. Более того, Орбан считался лучшим другом действующего американского президента (по крайней мере, в Старом Свете), а его правительство — фактически филиалом MAGA в ЕС. И это уже начинало работать: вокруг Орбана, хоть и с большим трудом, начинал формироваться консервативный интернационал. Правда, дальше встреч, рукопожатий и обмена любезностями дело обычно не шло, но какое-то начало все-таки было положено. Постепенно формировалось восточноевропейское консервативное крыло, к которому, кроме самой Венгрии, мы могли в той или иной степени отнести Словакию, Чехию, Сербию и Словению. Вместе они составляли и продолжают составлять некую оппозицию Евросоюзу и его политике. Однако теперь, когда выбито такое мощное звено, как Венгрия, силы этой оппозиции значительно ослабели.
Если же говорить о перспективах отношений Будапешта и Москвы, то Мадьяр с самого начала сказал, что не собирается их прекращать. В концов концов, дешевый российский газ и его актуальность для венгерской экономики пока что никто не отменял. Так что и в этой сфере, скорее всего, мало что изменится. Другое дело — кредиты, которые Евросоюз в очередной раз собирается предоставить Украине. Так называемый пакет помощи киевскому режиму в 90 миллиардов евро, заблокированный Орбаном, уже разблокирован и активирован. Правда, не думаю, что Будапешт вдруг захочет при этом стать большим другом Киева. Скорее всего, он будет стараться максимально дистанцироваться от украинского конфликта.
Повторюсь: потеряв Орбана, Трамп фактически лишился своего европейского плацдарма, что очень печально и для американского президента, и для европейских правых. Для России это не радостно, поскольку европейские правые зачастую занимают более русофильскую позицию, нежели их глобалистские и леволиберальные коллеги. И все же это далеко не разгром. Последствия венгерского кульбита мы, возможно, даже не почувствуем в обозримой перспективе.
— Как вы полагаете, карьера Виктора Орбана окончена? Если это так, не стоит ли нам ожидать его скорого появления в России в качестве «почетного пенсионера» где-нибудь по соседству с Виктором Януковичем и Башаром Асадом?
— Радикальный сценарий, о котором вы говорите, вряд ли возможен. Позиции партии «Фидес» (с 2010 по 2026 год являлась правящей партией в Венгрии, ее лидер — Орбан — прим. ред.) по-прежнему достаточно сильны. Я думаю, что партия просто должна обновиться, что, скорее всего, она и сделает. В любом случае «Фидес» останется второй по величине партией в стране (если не первой) — соответственно, с «Тисой» она может идти фактически на равных. Поражение на выборах не означает для нее ни окончательного разгрома, ни крушения всех надежд. Если процесс обновления пройдет как полагается, на следующих выборах «Фидес» может показать уже другой результат. Ну, а самому Орбану, думается, уже пора на покой.
«Потеряв Орбана, Трамп фактически лишился своего европейского плацдарма, что очень печально и для американского президента, и для европейских правых» Фото: © Neil Milton / Keystone Press Agency / www.globallookpress.com
— Могла ли откровенная агитация трампистов в пользу Орбана сыграть злую шутку с бывшим венгерским премьер-министром? И в итоге обернуться против него?
— Отчасти да, поскольку тотальная европейская пропаганда, направленная против Трампа и его команды, дала свои всходы и в самой Венгрии. К тому же нынешнему американскому президенту очень сильно навредила его иранская авантюра, которая очень негативно была воспринята Европой в целом. Как известно, даже Ватикан в лице папы римского Льва XIV резко отрицательно высказался против этого конфликта, призвав «остановить спираль насилия». Все это вместе сыграло свою роль — особенно, если учесть, сколько на Западе и, в частности, в Старом Свете проживает католиков. Если до начала американской операции «Эпическая ярость» Трампа многие воспринимали как нормального консерватора, вполне приемлемого по европейским меркам (пусть и со своими многочисленными тараканами), то, после того как он развязал эту войну, отношение к нему претерпело очень серьезные изменения.
— А такой фактор, как публикация файлов Эпштейна в начале этого года, разве не отразился на репутации 47-го президента США?
— Полагаю, что это все-таки не так значительно повлияло на репутацию Трампа и трампизма. Известно, что американские демократы замазаны в эпштейновской эпопее не в меньшей степени, а скорее уж в гораздо большей. На самого Трампа в этом миллионном массиве файлов серьезного компромата практически не найти. По крайней мере, такого, который потребовал бы вмешательства следователей и прокуроров. Да, на опасных виражах своей судьбы Дональд Трамп встречался с Джеффри Эпштейном, но, после того как вокруг последнего начали происходить один скандал за другим, будущий американский президент от него дистанцировался. Это совершенно понятная история. Наоборот, то, что Трамп имел мужество выложить эти файлы на сайте министерства юстиции США (понятно, что без его санкции они вряд ли бы там появились), то, что он позволил открыть ящик Пандоры, можно поставить ему в заслугу. Для людей, которые голосуют за Трампа, здесь больше плюсов, чем минусов.
— Обсуждение файлов Эпштейна как-то затухло на фоне иранского конфликта. Некоторые эксперты даже считают, что война против Ирана была затеяна для того, чтобы перебить фоновый новостной шум вокруг дела Эпштейна.
— Тут я не могу согласиться. В деле Эпштейна без труда угадывается израильский след, а самого скандального финансиста многие, как известно, считают агентом «Моссада». Сейчас эти следы затушевываются, иначе вполне возможно, что они могли бы привести к самому Биньямину Нетаньяху. Но не привели — во многом потому, что случилась война. Эту войну вполне можно считать израильской авантюрой, в которую Трампа втравил именно Нетаньяху. На этом обстоятельстве я бы сделал акцент.
— Вам могут возразить, что у Нетаньяху потому и получилось вовлечь американского лидера в ближневосточную смуту, что далеко не все эпштейновские файлы увидели свет. Таким образом, Израиль может располагать компроматом на Трампа, который дает простор для манипуляций.
— Об этом действительно говорят, но мы не можем ничего знать наверняка. Вполне можно допустить, что у Нетаньяху имеются некие скелеты в шкафу, которые он может предъявить Трампу. Однако доступа к нетаньяховским шкафам у нас, понятное дело, нет. Лично я думаю, что Трампа обхаживали очень долго, прежде чем что-то получилось. Тот же Джаред Кушнер принимал в этом весьма активное участие. Помимо того что Кушнер является трамповским зятем, он еще и принадлежит к известной еврейской секте Хабад, очень богатой и имеющей весьма серьезные активы в Америке (причем в самом Вашингтоне), а также в Киеве и, между прочим, в Москве. Примечательно, что в самом Израиле хабадников не очень любят, а иудейские ортодоксы их вообще практически ненавидят, считая сектантами. Однако рядом с Нетаньяху сложился такой «ближний круг», который, можно сказать, хабадникам благоволит. Сыграло ли это свою роль? На этот счет мы можем лишь строить предположения.
Нельзя сбрасывать со счетов и личностный фактор, в частности нарциссизм Трампа. Вокруг нынешнего хозяина Овального кабинета так долго плясали и водили всевозможные хороводы (особенно когда он признал Иерусалим столицей Израиля), что это не могло на нем не сказаться. Дошло до того, что наиболее изощренные льстецы сравнивали его с Киром Великим и примеряли на него корону царя царей. Ну что ж, семена упали на подготовленную почву. У Трампа и так имелся плохо маскируемый мессианский комплекс — особенно после того, как во время предвыборной кампании пуля прошла в нескольких миллиметрах от его головы и задела ему ухо. А тут нашелся целый круг людей, который был готов не в переносном, а в самом прямом смысле объявить его мессией. Причем эти люди чаще всего представляли влиятельную силу, которая и помогла Трампу прийти к власти, а за свои услуги потребовала, в частности, решить вопрос с Ираном.
Кстати, не так давно бывший госсекретарь США Джон Керри публично заявил, что Израиль пытался «подкатывать» к трем американским президентам, прося или даже требуя «закрыть» иранский вопрос, — к Джорджу Бушу, Бараку Обаме и Джо Байдену. И все, включая Байдена, отказались, ссылаясь на то, что «еще не исчерпаны все возможности для мирного урегулирования». Однако Трампа израильтянам все-таки удалось «развести». Думаю, это была долгая и упорная работа Нетаньяху и его посредников, которые учитывали мессианский комплекс Трампа и его невероятный нарциссизм. Все это вместе позволило добиться результата. Ну и, разумеется, свой вклад внесли фундаментальные христо-сионисты, позиции которых в трампизме традиционно сильны. Достаточно вспомнить американского министра войны Пита Хегсета, совершенно оголтелого христо-сиониста.
В целом сказалась очень мощная религиозная волна, поднятая еще неоконами в далекие и почти патриархальные рейгановские времена. Тогда неоконы фактически помогли Рональду Рейгану прийти к власти, распропагандировав американских правых из глубинки, которые прежде не голосовали. В этом уже тогда проявились предвыборные технологии неоконсерваторов. С этого времени религиозный фактор стал достаточно мощным и влиятельным в американской политике. Все последующие ближневосточные войны в той или степени были окрашены в религиозные и эсхатологические тона. А вот прямо сейчас на наших глазах это достигает своего апофеоза. Тем более что американцы уже прямым текстом говорят, что нынешняя война с Ираном эсхатологическая и ведется за «великий Израиль». Но что такое «великий Израиль» и в каких границах он намерен расположиться? От Нила до Евфрата, как заявил в интервью Такеру Карлсону посол США в Израиле Майк Хакаби? Все это стало полным шоком для арабов. Ничего похожего нельзя было себе вообразить еще пару лет назад.
«Остается одна надежда, которую в настоящий момент можно питать, — на то, что Трамп наконец опомнится. И что трезвый расчетливый капиталист и делец, умеющий отличать хорошие сделки от плохих, победит в нем безумного нарцисса с мессианским комплексом» Фото: © CNP/ADM/Capital Pictures/www.globallookpress.com
— А что, на ваш взгляд, роднит христианских сионистов из США с израильскими сионистами? Мы знаем, что после открытия Америки новый континент осваивался пуританами, то есть европейскими религиозными диссидентами, которые бежали от преследований Католической церкви в Новый Свет, подобно тому, как когда-то евреи бежали из египетского рабства в поисках «земли обетованной». Так и пуритане, вырвавшись из-под опеки «великого инквизитора», нашли себе «землю обетованную» в Америке, попутно истребив местное население — индейцев. Сценарий, кстати, один и тот же — бегство из-под власти «фараона», переход через море, захват новых территорий, то есть Ханаана, и расправа с местными «ханаанеями». Недаром говорят, что некоторые адепты христо-сионизма считают американцев одним из потерянных «12 колен израилевых».
— Про потерянное «колено израилево» — это, конечно, мифология в чистом виде. Но то, что еврейские финансы и влияние наряду с уже упомянутыми христо-сионистами в США присутствуют, отрицать трудно. Если уж вы вспомнили пуритан, то можно вспомнить и то, что один из столпов протестантизма, Жан Кальвин, носил от рождения фамилию Ковен (однако благодаря французскому произношению она видоизменилась). А его учение, вошедшее в историю как кальвинизм, католики критиковали за то, что это был, по сути, иудаизм, выросший на христианской почве. Что до пуритан, то они в свое время зарекомендовали себя как оголтелые сионисты. Впоследствии, как мы видим, это все дало свои всходы, особенно во второй половине XX века, когда в христо-сионизм были вложены очень большие деньги.
Эсхатологическая идеология, которая исповедуется христо-сионистами (и при этом очень близка самим сионистам), предусматривает примерно такую трактовку иранского конфликта: «Мы воюем за то, чтобы пришел еврейский царь Машиах, после чего случится второе пришествие и принесет всем радость». Однако заметим, что эта доктрина абсолютно противоположна традиционному христианству. Скажем, многие старцы считали, что под именем Машиаха может прийти Антихрист. Как учит нас Откровение Иоанна, на мировой престол воссядет царь, для которого главной задачей станет борьба с Христом. А это в свою очередь очень близко к шиитским верованиям Ирана в имама Махди, который вместе с пророком Исой (после его второго пришествия) станет бороться с Антихристом Даджалем.
Что на этом фоне делают американские христо-сионисты? Они откровенно заявляют, что персы, с которыми они воюют, совершенно безумные, ведь они ждут прихода какого-то своего имама Махди! Поэтому, дескать, американцы с ними борются. На самом деле кто здесь более безумен — вопрос открытый. Тем не менее можно констатировать: все три стороны иранского конфликта религиозно заряжены, и это во многом мотивирует и определяет их действия. То есть это реально эсхатологическая война.
Опять же отметим, что Нетаньяху начал эту войну 28 февраля, в субботу перед Пуримом (в этом году отмечался с вечера 2 марта — прим. ред.). Напомним, этим событиям посвящена библейская книга Есфири, которая фактически повествует об уничтожении персидской элиты того времени. На мой взгляд, книга Есфири — совершенно мифологическая, но она очень важна для понимания культуры иудаизма. Тем более она важна в свете заявлений Нетаньяху о том, что сейчас иудеи празднуют 2,5 тысячи лет Пурима. Впрочем, об этом он твердит начиная примерно с 2017 года, но это и понятно: кто сегодня с точностью может датировать описанные в Библии события? Особенно если мы будем учитывать их мифическую подоплеку, ведь ни в каких иранских хрониках события книги Есфири не отражены и нигде, кроме иудейской традиции, мы их не находим. Причем сами имена Есфири и Мардохея, как полагают исследователи, не более чем еврейское написание имен шумерских богов Иштар и Мардука. Нельзя исключать, что какая-то древняя шумерская легенда была в свое время взята и переделана под другие идеологические нужды — примерно в II–III веках до Рождества Христова. И с тех пор она заняла важное место в сионизме и иудаизме как таковом. Настолько важное, что она до сих пор работает.
Конечно, это все неслучайно. В свое время крестный отец неоконов Лео Штраус (американский политический философ и культуролог, 1899–1973, именно он фактически воспитал политическую команду для завоевания вашингтонского олимпа) говорил, что нам следует использовать религиозные мотивы, поскольку именно они наиболее укоренены в человеческом сердце. Это лучше всего работает, следовательно, это и надо задействовать как средство для прихода к власти и ее утверждения. Не какие-то там либеральные, демократические или, к примеру, коммунистические идеи, а именно религиозные, эсхатологические. Сегодня мы видим, как рекомендации Лео Штрауса применяются на практике.
Я, кстати, всегда симпатизировал Дональду Трампу за то, что он разогнал старых неоконов из Республиканской партии. Многие вернулись в Демпартию (откуда первое поколение неоконов начинало свой поход к вершинам власти), другие просто расселись по своим логовищам, всевозможным финктэнкс («мозговые центры», или аналитические организации, которые объединяют экспертов для исследования сложных проблем и разработки рекомендаций, — прим. ред.) и так далее. Однако вместо старых неоконов, пусть малоприятных, но знакомых, пришли новые, и они оказались на поверку уже совсем безумными. Прежние ученики Штрауса во всяком случае отдавали себе отчет в том, что они в известной степени просто играют в религиозные игры. Оставаясь внутри людьми вполне рациональными. Как говорил Штраус: «Иудаизм — это героическое заблуждение». И вот, дескать, мы всю эту героику и пафос возьмем, а о заблуждении умолчим («доктрина благородной лжи», как он это называл). Чтобы достичь своих целей, мы будем умело импровизировать на чувствительных человеческих струнах, но терять связи с действительностью не надо. Таковы и были прежние неоконы, ученики Штрауса. Люди циничные, но все же трезвые. Что до тех, кто вертится вокруг Трампа сейчас, а многие из них связаны с хабадниками, то они действуют со звериной серьезностью и совершенно всерьез руководствуются в своей политике мессианской идеологией. Понятно, что от таких людей можно ожидать вообще чего угодно.
Поэтому остается одна надежда, которую в настоящий момент можно питать, — на то, что Трамп наконец опомнится. И что трезвый расчетливый капиталист и делец, умеющий отличать хорошие сделки от плохих, победит в нем безумного нарцисса с мессианским комплексом. И мы видим, что он действительно пытается отойти от войны в Иране. Да и Джей Ди Вэнс явно недоволен этим конфликтом, хотя, конечно, и не идет против своего шефа, что было бы для него этически неправильно.
Тем не менее Вэнс — трезвый и взвешенный человек и наверняка понимает, что из того хаоса, которым чревато продолжение войны, надо поскорее выходить. Если Трамп это поймет (а у Трампа, как профессионального деляги, интуиция отменно работает) и сумеет выскочить из этой войны, ему останется лишь аплодировать. Но надо понимать и то, что Нетаньяху закусил удила и вряд ли так просто отступится от своей идеи. Надо понимать, что «великий Израиль» — это его судьба, что вопрос этот и для него, и для страны в целом экзистенциальный. Израиль должен стать great again, так сказать, ибо в нынешних границах ему просто не выжить. И для Ирана, понятно, вопрос стоит примерно так же. Вот такое здесь судьбоносное столкновение не интересов даже, а вопросов жизни и смерти, и в самом деле совершенно эсхатологических.
— Вы говорили о неоконах, которые бежали обратно к демократам. Однако в окружении Трампа еще со времен первого президентского срока остались странные и довольно экзальтированные люди. К примеру, Стив Бэннон — бывший контактер с правыми политическими силами в Европе и близкий друг Эпштейна. Однако с покойным Эпштейном, как это следует из его файлов, Бэннон сошелся вовсе не на почве сексуальных интересов, а на взаимном интересе к неким общественным проектам. Скандальный финансист даже спонсировал Бэннона, а тот снимал о нем документальный фильм. Они общались вплоть до последнего ареста Эпштейна, и в день, когда это произошло, сексуальный преступник, а по совместительству математик и «финансовый гений», написал Бэннону в СМС: «Все отменяется». Хотелось бы знать, что именно «отменилось». И много ли таких людей по-прежнему в ближнем круге Трампа?
— Трудно сказать. Из наиболее ярких людей стоит назвать Такера Карлсона — он озвучивает вполне разумные вещи и при этом, похоже, не особо боится последствий. Однако он попал в опалу, а в марте Трамп вообще изгнал его из движения MAGA. Что касается Стива Бэннона, то кто он и что? Геополитик? Но его геополитические структуры больше носят умственный характер, нежели практический. Быть может, он теоретик новой американской империи, производивший для этой цели некие рабочие схемы?
То, что Трамп сейчас пытается выстроить на основе подвластных ему ресурсов, очень близко к понятию «эры технатов» (The Technate — технократическое общество — прим. ред.). Была в 1920–1930-е годы такая политическая теория, быть может, не столь популярная, как коммунизм и фашизм в то время, но пытавшаяся нащупать своего рода компромисс между ними и имевшая немало последователей и подвижников. Однако в то время технический прогресс еще не достигал необходимого уровня, сегодня же кажется, что время пришло. Так что вполне можно говорить о возвращении эры технатов. В принципе, это все тот же знакомый нам неоимпериализм.
Насколько я понимаю, сейчас в мире формируются четыре основных техната, где будет сконцентрирован максимум технологических мощностей. Это прежде всего американский технат, затем китайский и индийский, который во многом выращивают против Китая. А четвертый технат, по всей видимости, тот самый пресловутый «великий Израиль», голубая мечта Нетаньяху. Здесь возникнет управляющий центр, где будут сконцентрированы технологии нейросетей, таких цифровых гигантов, как Google, и прочее.
Бо́льшая часть проектов Кремниевой долины — это, кстати, тоже еврейские деньги, как, скажем, пресловутый «Палантир» Тиля. Все это тоже переберется сюда, и никакой Трамп не сможет этому помешать. Но для этого Израиль должен стать достаточно большим и безопасным. Вот тогда он сможет сделаться и технологическим центром, в который будут сходиться все нити управления технологическими процессами и который сможет осуществлять глобальный контроль над ними с помощью тех же нейросетей и ИИ. Поскольку набирающие сегодня популярность нейросети и ИИ — это, по сути, готовый центр управления.
«Идет системный подрыв национальной цифровой сферы — возможно, для того, чтобы Россия не имела никакой возможности конкурировать с серьезными технатами и не забывала о своем месте, уготованном ей в кругу мировых иерархий»Фото: «БИЗНЕС Online»
— А как же Россия? До недавнего времени цифровизация была написана практически на всех наших знаменах. Да и сейчас официальный курс не претерпел серьезных изменений. Однако многочисленные блокировки мессенджеров и интернета в целом больше похожи на цифровую контрреволюцию, нежели на цифровую революцию. Кое-кто уже окрестил новый российский курс как «назад, к кнопочным телефонам». Зачем это делается?
— По-моему, идет системный подрыв национальной цифровой сферы — возможно, для того, чтобы Россия не имела никакой возможности конкурировать с серьезными технатами и не забывала о своем месте, уготованном ей в кругу мировых иерархий. В этом контексте место России — быть сырьевым и нефтегазовым придатком. Между прочим, мы видим, что и Европу тоже подрывают. Для кого-то она просто еще один лишний и ненужный конкурент. Поэтому Россию и Европу будут перетирать друг о друга, стачивая технологии, живую силу и так далее.
— Мы видим, что стачивание Европы и России друг о друга уже происходит. Приобретет ли это характер какой-то большой войны?
— Да, вполне возможно. К сожалению, мы являемся свидетелями того, что все последние события медленно, но верно движутся именно в эту сторону. Еще недавно можно было питать некоторые надежды на консервативную контрреволюцию в ЕС и Британии, на создание европейского варианта MAGA, то есть европейского трампизма, однако после известных событий в Венгрии эти надежды тают. Европарламент укрепил свою власть и уже готов занять роль верховного арбитра ЕС.
Разумеется, сами европейцы не хотят идти ни на какую войну и погибать на ней непонятно за что (за то, чтобы население их стран заместили пришлые черные и арабы?). Но кто их, собственно говоря, спрашивает? Европа давно потеряла свой суверенитет, европейцы фактически в цепях, в которых их поволокут на бойню. В общем, сделают с ними все что захотят. В этом смысле все обстоит довольно печально, хотя я не думаю, что масштабный военный конфликт — дело самого ближайшего будущего. Однако в течение 5–7 лет, если вектор событий сохранится неизменным, мы вполне можем оказаться внутри большой войны.
— А украинский конфликт станет к ней мостиком?
— Скорее всего, да.
— Он так и останется в виде позиционной войны за «считаные километры» ЛДНР?
— Определенным политическим силам выгодно сохранять конфликт в таком полутлеющем виде. Сколько усилий было потрачено Трампом, чтобы его погасить! Он ведь вполне серьезно был на это настроен. Почти год ушел у него на всевозможные попытки урегулирования. И что же? Мы видим, что ничего не получается, наоборот, в мире вспыхивают все новые цепочки конфронтаций и столкновений. Впрочем, если сейчас Трампу удастся избежать эскалации в Иране, это одно уже может многое перевесить. Тогда, я считаю, у нас может появиться надежда. По тем скупым новостям, которые мы слышим о последнем телефонном разговоре американского и российского президентов, можно сделать вывод, что какой-то позитивный процесс идет.
Если же конфликт на Украине завершить не удастся и не получится потушить хотя бы на время Ближний Восток, тогда хаос будет только нарастать. Тогда от этих огней, как от факела, начнут вспыхивать другие страны. Противостояние может перекинуться и на Среднюю Азию, и на Индию с Пакистаном. А Нетаньяху с Эрдоганом уже бряцают друг перед другом оружием. Если же вспыхнет конфликт с Турцией, то там уже рядом и Азербайджан, а это уже наша непосредственная граница. Тогда война может снова постучаться в наши двери, но уже с другой стороны.
— Все четыре года СВО российское общество умудрилось прожить в некоем параллельном мире, наблюдая войну лишь на экранах своих телевизоров и смартфонов или же вообще никак не наблюдая (я оставляю за скобками волонтеров и гуманитарщиков, а также самих воинов СВО, поскольку они сложились в особую касту). Но вот уже украинские беспилотники атакуют наши самые глубокие тылы, горят порты и терминалы. Не пора ли проснуться? Если нас ждет большой конфликт, значит, нужно к нему готовиться? Создавать отряды гражданской самообороны, для того чтобы учиться противостоять тем же беспилотникам? Но будет ли такая инициатива поддержана сверху? Один действующий депутат Госдумы признался в разговоре со мной, что вряд ли — власть не приветствует инициатив снизу, если они не были предварительно санкционированы. Как вы думаете?
— К сожалению, все делается для того, чтобы никакой народной самоорганизации не случилось. Инициативы снизу старательно уничтожаются в самом зародыше. Скажем, зачем была произведена недавняя атака на «Телеграм»? Потому что это тоже система самоорганизации российских граждан. То есть граждане фактически сумели выстроить на платформе «Телеграм» некое гражданское общество — пусть виртуальное, но достаточно активное и свободное. Произошло это потому, что народ, безусловно, хочет самоорганизовываться и ищет для этого все возможные пути. Однако пути старательно перекрываются, везде вывешивается знак «кирпич». Народной самоорганизации боятся — особенно самоорганизации русского населения. При этом с самоорганизацией всевозможных анклавов вроде азербайджанского никто не борется — видимо, это норма. А вот в отношении основного населения РФ действуют разного рода табу и запреты.
— Но есть религиозные общины, которые пока достаточно самостоятельны, — приходы Русской православной церкви, мусульманская умма, буддийская сангха и так далее. Почему бы на их основе не попытаться объединиться?
— Да, в принципе, это вполне возможно. В свое время в постсоветской России существовало довольно большое движение православных братств, берущих свое начало еще в средневековой православной традиции. Однако Московская патриархия почувствовала, что братства сложно контролировать, и фактически свернула этот подъем национального духа (в настоящее время братства существуют, однако число их сократилось — прим. ред.). Хотя это было очень мощное движение снизу и при этом по-настоящему пассионарное.
Тем не менее пути для самоорганизации все равно остаются. Активных людей в России полно. Определенные механизмы для самоорганизации может предоставить интернет, те же нейросети, которые пока еще более-менее свободны. В принципе, в любой момент может возникнуть что-то новое. Все-таки технический прогресс — это своего рода минное поле: никогда не знаешь, что он принесет. Открываются какие-то непредсказуемые окна возможностей, и закрыть их не сразу удается. Так, например, эпоха свободного интернета была достаточно долгой, и те, кто хотел, получили колоссальный доступ к информации, прежде недоступной. Кто знает, что может случиться завтра? Даже «Телеграм» властям не удается полностью заглушить — несмотря на все, он продолжает работать.
Так что на путях самоорганизации возможны по меньшей мере два сценария. Либо власть все-таки поймет, что это необходимо и без подлинной, а не нарисованной народной поддержки она просто не удержится — простите за тавтологию — не удержится у власти. Либо возникнет и начнет прогрессировать некий хаос, в котором людям опять-таки придется самоорганизовываться, потому что центр на какое-то время потеряется. Чтобы справиться с внутренней смутой, придется объединяться в форме низовой демократии — условно говоря, на основе многоэтажных домов, где коллектив граждан станет охранять свой дом и квартиры, свои районы и так далее. Так или иначе, общество пытается осмыслить происходящее и выработать собственную стратегию.
— В вашем телеграм-канале я прочитал репост о том, что антиутопии получили вторую жизнь на российском книжном рынке. Люди снова с увлечением читают «1984» Оруэлла, «Мы» Замятина, «Дивный новый мир» Хаксли и прочее. Иными словами, будущее наступило?
— Разумеется, мы живем в реальности, о которой раньше могли прочитать лишь в книгах. По улицам гуляют роботы-собаки, ездят на колесиках роботы-доставщики. Так что здравствуй, новый мир! А где новый мир, там и антиутопия. Собственно, что такое файлы Эпштейна, как не антиутопия? Как не «сбывание» всех конспирологических теорий?
Опять же если раньше смеялись над эсхатологическими страхами, то сейчас прикусили язык, а эсхатологическую «повестку» озвучивают с самых высоких трибун. Говорить о грядущей атомной войне стало модным, пугать друг друга ядерными ударами — в порядке вещей. А Америка и Израиль, как мы уже говорили, всерьез обсуждают эсхатологические перспективы и ведут самую настоящую эсхатологическую войну. Так что куда уж тут денешься от антиутопий?
«Что до выборов, как американских, так и российских, то в нынешних условиях трудно с уверенностью предсказать их исход»Фото: © Artem Priakhin / Keystone Press Agency / www.globallookpress.com
— Деятельность 47-го президента США вызывает в стране за океаном народные протесты. Своего рода кульминацией этого стало новое покушение на Дональда Трампа, Джея Ди Вэнса и некоторых других сотрудников трамповской администрации, случившееся 25 апреля на ужине корреспондентов Белого дома. Между тем осенью Соединенные Штаты ждут промежуточные выборы в конгресс. Кстати, в России месяца на полтора раньше пройдут выборы в Госдуму. Преподнесут ли нам эти выборы какие-то сюрпризы?
— Очередное покушение на Трампа, как мне представляется, мало связано с народным негодованием. Тот, кто покушался на Трампа, калифорнийский учитель Томас Аллен, известен своими симпатиями к ВСУ. Кроме того, в сети уже появились фотографии этого учителя в свитшоте с эмблемой ЦАХАЛ. Так что за этим покушением, скорее всего, стоят вовсе не народные мстители.
Что до выборов, как американских, так и российских, то в нынешних условиях трудно с уверенностью предсказать их исход. Понятно, что реальные рейтинги власти, скорее всего, мало коррелируются с тем, что нам рисуют экзитполы. Тем более что всем нам приходится с удивлением наблюдать, как власть делает буквально все возможное, чтобы снизить свои рейтинги практически во всех стратах общества. Все это, конечно, вызывает огромное недоумение. Зачем все это делается? Может быть, наверху действительно затеваются какие-то серьезные перемены?
Что касается Трампа, то здесь все более предсказуемо, как ни странно. Да, трамповской политикой американские граждане сильно недовольны, и война в Иране сыграла в этом значительную роль. От групп поддержки 47-го президента США отвалились католики, которые прежде всецело поддерживали Трампа. В американских городах растут цены на бензин — наблюдатели отмечают рост более чем в 30 процентов с момента начала иранского конфликта. Для американского обывателя это абсолютно критично. Можно сказать, что главное, ради чего американец вообще живет и для чего ему нужна власть, — это чтобы держались низкие цены на бензин. Это для него такой барометр свободы. Средний американец ведь не ходит пешком, поэтому ценники на топливо прямо связаны со свободой передвижения.
Соответственно, Трамп имеет все шансы потерять свое парламентское большинство в конгрессе США. Однако если он все же сумеет вырваться из иранской ловушки, договориться об открытии Ормузского пролива, добиться снижения цен на нефть и бензин, то он все еще имеет шансы сохранить и страну, и партию, и движение MAGA.
— Скажите, а за этим туманом — не только для России, но и для всего человечества — что-то все-таки просматривается? Мы видим, что капиталистическая система зашла в свой очередной тупик. Есть ли там что-то после капитализма?
— Конечно, есть. Например, Китай строит совершенно самобытную версию конфуцианского социализма. Там присутствуют опасные коннотации и негативные черты, но есть и масса позитива. В КНР поддерживается инициатива людей снизу, там ходит дешевый транспорт, расходы на ЖКХ существенно ниже, чем у нас, и прочее. То есть люди вполне могут дышать внутри такой общественной системы. Да, практикуются и такие вещи, как социальный рейтинг и прочее, говорящее о неких тоталитарных тенденциях. Тем не менее в КНР никогда не пытались бороться с китайским национализмом, так ведь? Так почему же у нас вошло в обыкновение бороться с русским национализмом? Мне думается, если от этой борьбы однажды откажутся, то у нас сразу случится мощнейший пассионарный всплеск культуры, науки и технологий. Мы по-прежнему обладаем огромным человеческим и интеллектуальным потенциалом. И физически мы все еще крепки — достаточно посмотреть на тех людей, которые выносят на своем горбу четыре с лишним года СВО. Когда спецоперация только начиналась, я надеялся, что она даст стимул для раскрытия внутренних сил народа. Однако власть, к сожалению, решила иначе. Впрочем, это отдельный большой разговор.
— Вы упомянули о творящемся абсурде. Однако Трамп тоже многим представляется безумным, а его действия — губительными для него самого и американцев.
— На мой взгляд, Трамп вполне вменяем. Для того чтобы это понять, очень полезно почитать его книжки, написанные еще в 1980-х годах, то же «Искусство сделки», повествующее о том, как он всех побеждает. На самом деле Трамп всю жизнь так себя ведет. Он создает вокруг себя некий сумбур и хаос, а затем в этом хаосе ему удается возводить прекрасные огромные здания, совершать удачные сделки и прочее. То есть это просто его тактика. Посеять хаос, поселить в своем контрагенте смятение и полнейшее непонимание того, что происходит, а затем просто надавить на него всем корпусом и заставить совершить нужную сделку. Так что в безумии Трампа очень много актерства и игры, это надо понимать. Впрочем, и его мессианский комплекс вкупе с нарциссизмом не надо сбрасывать со счетов. Тем не менее все, что говорит Трамп, следует делить на 150. И помнить, что перед нами хищник, знающий, чего он хочет, и умеющий этого добиваться.
— Однако триумфальная арка имени Трампа, которую он собирается построить, — уже как-то слишком. Напоминает о причудах римских цезарей, Диоклетианов и Тибериев.
— Это сегодня так воспринимается. А пройдет 20 лет, и все, возможно, будут смотреть на эту арку как на Эйфелеву башню и говорить: какой шедевр! Смотря куда свернет мир. А у Трампа нормальная имперская гигантомания. Он имперский человек и мыслит имперскими масштабами. Вот так и будущие американские поколения, быть может, станут молиться на эту арку: вот, дескать, были великие времена! Взлет имперского духа!
— Как вы полагаете, у США, России и Китая осталась возможность поделить мир на троих? Или для нас этот шанс уже упущен? Однако, если следом за Трампом к власти придет Джей Ди Вэнс, это может приоткрыть новые перспективы.
— Все верно вы говорите: мы надеемся на Вэнса больше, чем на Трампа. Действующий американский президент слишком сложный человек во всех смыслах, сплошной сумбур. Тем не менее возможности сохраняются. Трамп ведь никогда не говорил о том, что он хочет воевать с Китаем. Зачем? Чтобы окончательно похоронить свою страну, движение MAGA и спровоцировать внутри США гражданскую войну? Соединенные Штаты и так расколоты благодаря холодной гражданской войне. Однако в трамповской команде присутствуют вменяемые люди, как тот же Джей Ди Вэнс. Они всегда могут что-то объяснить и подсказать своему патрону. Поэтому, если Трамп выберется из иранского болота, если вытащит самого себя за волосы, а потом немножко обсушится и придет в себя, тогда можно будет искать новые позитивные пути. Он поймет, что уже проиграл Венгрию, Иран, проиграл войну с ценами на бензин. А после поражения в конгрессе он вообще рискует превратиться в хромую утку. Но ведь Трамп — трезвый человек, он крупный бизнесмен и акула капитализма. Он умеет считать деньги и ходить по твердой земле. Поэтому мы надеемся, что Трамп — прагматик и матерый капиталист победит в итоге Трампа — мессианского пророка. Тогда для мира все может окончиться не так уж плохо.
* движение признано экстремистским и запрещено в РФ